Монохромное кино: от Михаила Калатозова до Джосса Уидона

Сегодня день просмотра черно-белого кино. Отличный момент, чтобы поговорить о ч/б съемке, вспомнить лучшие монохромные фильмы и, конечно, взахлеб смотреть кино. 

Если не вникать в историю вопроса, кажется, что отношения цветного и черно-белого кино развивались по аналогии с немым/звуковым. Но это не так. С конца 19-го века сохранились эксперименты Томаса Эдиссона, который еще тогда добивался цветного изображения в кадре; ролики, сделанные по подобию будущего «Техниколора», датируются 1902 годом. С 20-х по 50-е в Голливуде цветное кино снималось с применением технологии «Кинемаколор» и «Синеколор», которые были, конечно, трудоемкими (несколько заряженных в объектив пленок и долгий процесс последующей обработки): проекты меньшего, чем «Волшебник из Страны Оз», калибра не могли позволить себе такую роскошь.

Но технологии технологиями, а сейчас черно-белое кино никуда не уходит и не теряет в популярности. Один из главных фильмов этого года (который пока не вышел в российский прокат) — «Рома» Альфонса Куарона — снят в ч/б, как и главная летняя российская картина — «Лето» Кирилла Серебренникова про Виктора Цоя.

На тот случай, если вы хотите присоединиться к всемирному просмотру кино в монохроме, мы подобрали для вас с десяток совсем разных черно-белых фильмов. Получите неподдельное удовольствие от кинопросмотра!

Превосходных черно-белых фильмов хватит, конечно, далеко не на один день. Но мы решили помочь вам с выбором хотя бы на сегодня и подобрали черно-белое кино из России, США, Великобритании, Франции, Италии, Польши и Советского Союза и несколько картин, стоящих особняком вне национальных кинематографий, — слишком уж это золотая классика.

Доживем до понедельника / Три тополя на Плющихе

Оба советских черно-белых фильма вышли в 1968 году. Оба по жанру — драмы, а по большому счету — лирика. И оба кажутся совершенно несоветскими.

«Три тополя на Плющихе» режиссерки Лиозновой по настроению схож с линией, взятой французскими коллегами несколькими годами раньше. Два человека, их близость, которой, казалось бы, и нет, недоговоренность, тонкость, дыхание. Татьяна Доронина, сыгравшая перед «Тополями» в драме Георгия Натансона, уже успела погрузиться в черно-белую, почти что сартровскую бездну, а здесь перешла из крупных мазков экзистенции на полутона, конечно, тоже экзистенциальные, но лиричные и чувственные. Без социальных подтекстов. Просто еще раз про любовь. 

«Доживем до понедельника» можно смотреть как угодно: тщательно дешифровать эзопов язык и искать несоответствия между звучащим текстом и тем, что на самом деле говорили актеры; интерпретировать главного героя как образ всей уставшей от происходящего интеллигенции; или поймать лирическое настроение, из которого соткана эта щемяще грустная и такая родная картина.

Мой друг Иван Лапшин

Третий фильм Алексея Германа старшего вышел в 1982-м, при том что сценарий Герман написал еще в 69-м. История начальника угрозыска замшелого городка, происходившая в 30-х, снята также, как многие соцреалистические полотна. Но за мрачными мужчинами, окурками дешёвых сигарет, снежными сугробами и коммуналками-бараками живет уже даже не эзопов язык неудовлетворенности, а невозможность сосуществования человека и его мира.

«Я снял фильм про то, как один милиционер влюбился в артистку, а эпоха их уже всех приговорила», — сказал Герман в одном интервью (источник: chapaevmedia). В этой картине нет частного, нет личного, есть только общее — и это не кафкианское, а соцреалистское ощущение. И от этого страшнее всего.

Лето

Монохром может придавать высказыванию не только значимости, вневременности или образности, но и легкости. Те сцены, которые Кирилл Серебренников сделал в «Лете» цветными, вышли громоздкими, они будто вываливаются на зрителя с экрана. В то время как тонкая и целомудренная романтическая линия и простые песенки раннего Цоя отлично уживаются с черно-белыми парящими кадрами. 

Рай 

Картина Андрея Кончаловского, показанная в основном конкурсе на фестивале в Венеции, снята в ч/б по другим причинам. Она насточиво отсылает в прошлое — и форматом 4:3, и олдскульным монохромом. Его фильм нарочито манерный, его формализм выкручен до предела, и обсуждаемая в нем тема холокоста от этого подсвечивается с неожиданной стороны. Что, может быть, спорно, но авторски оправдано: когда ты снимаешь фильм на такую болезненную тему, возможно, ее стоит отпустить на самотек, а все режиссерские искания сосредоточить на форме. Есть вероятность, что итоговая картина от этого выиграет по всем параметрам. Или по всем параметрам проиграет.

Четыреста ударов

Первый фильм Трюффо, большая нетленная классика мирового кинематографа вместе с «На последнем дыхании» Годара. Оба фильма — центральные и в новой волне, и в европейском кинематографе в целом. Младотурки отлично понимали, что цвет в кино — это не просто забава или маркетинговый ход, это такой же экранный интрумент, поэтому точно знали, когда его нужно разлить по экрану (как, например, в «Безумном Пьеро»), а когда оставить картину жить своей черно-белой жизнью. 

«400 ударов» существует настолько вне времени, что цвет ему совершенно не нужен. Критик Алексей Васильев называет фильм «портретом бессмысленного и прекрасного брожения человеческого духа». К тому же брожения эти происходят в вечном для этого горько-сладкого занятия городе. От того отказ от цветовых инструментов кажется абсолютно верным, и финансовые причины, которые на самом-то деле и побудили снимать «Четыреста ударов» в монохроме, здесь в итоге отступают на второй план.

Артист

Покорившая Американскую киноакадемию немая романтическая комедия Мишеля Хазанавичуса вызвала в свое время немало вопросов как раз таки к тому, как она сделана. Представлявшийся фильмом прямиком из былых времен, «Артист» на деле не соблюдал правила и законы исконного черно-белого кино и оказался, скорее, забавой, чем серьезным высказыванием на тему. Но разве это плохо? 

Вечеринка

Если для лирики и ретроспективных высказываний монохром — привычная форма, то реже встречаются комедии, да еще и сатирические, снятые таким образом. Но британка Салли Поттер делает свою театральную интерьерную и нарочито старомодную «Вечеринку» такой не только из любви к классике, но и из нежелания разбазаривать зрительское внимание. Давайте не отвлекаться на красную помаду и старинное дерево, посмотрите-ка на эти нравы.

Много шума из ничего

Когда режиссер марвеловских «Мстителей» ставит пьесу Шекспира, да еще и у себя дома, да еще и потратив на съемки всего 17 дней, это не может быть не любопытно. Джосс Уидон проделал этот фокус в перерывах между первым фильмом про команду супергероев, безумствовавших в Нью-Йорке, и «Эрой Альтрона». Проделал на ура — перенес действие в современность: персонажи стали богатыми американцами, а суть и даже «слова, слова» остались те же. Хотели бы прогнать все горестные мысли, твое нам нужно остроумье.

Небраска

А еще черно-белая пленка может создать меланхоличное настроение. Это использует в своем роуд-муви Александр Пэйн, режиссер, недавно уменьшавший Мэтта Дэймона в спорном «Короче». Его главный герой, пьющий старик с Альцгеймером, получает письмо о том, что выиграл миллион, и отправляется за деньгами в штат Небраска. Ехать далеко, родственники не понимают, как внушить старику, что это развод, но младший сын соглашается составить отцу компанию в этом заведомо провальном путешествии. Несмотря ни на что, это комедия, но комедия мелахноличная, то, что можно назвать драмеди. Но лишний раз посмотреть на отлично сделанную и местами уморительную историю о том, что искренняя вера в успех предприятия не всегда работает, никогда не будет лишним.


И еще немного черно-белой классики.

Римские каникулы

Классика романтической комедии с Одри Хепберн.

Летят журавли

Великое кино Михаила Калатозова, покорившее весь мир.

Гражданин Кейн

Главный (и ранний!) фильм Орсона Уэллса, без которого кино не было бы таким, каким мы его знаем последние семь десятков лет.

Психо

Великий триллер об убийстве, блондинках, отеле, страхе и возбуждении, который раскрыл всему миру, как работает кино.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic