«Ингмар Бергман» как сатира на современное кино


Недавно, желая еще раз проверить фильмографию режиссера (и, быть может, пересмотреть пару его работ), мы наткнулись в сети на вопрос:

«Как понять творчество Ингмара Бергмана?»

Ингмар Бергман — тот самый режиссер, который, будь он обычным поэтом или автором романов, понравился бы нашим учителям литературы в школе. Они бы с пеной у рта рассказывали на уроках, что черные занавески в фильме — это аллегория глубокой грусти и одиночества режиссера, а мы бы с вами прекрасно понимали, что просто сам фильм черно-белый, а занавески и их цвет в жизни автора — дело десятое.

Наверное, в какой-то момент, когда знакомишься с творчеством любого режиссера поближе, случается то самое переломное, после которого он остается для тебя человеком (со всеми присущими нашим душам страстями, болезнями и слабостями) или неким именем нарицательным, созданным словно специально для того, чтобы описывать какие-то жанровые особенности, способы передачи настроения, фирменную цветокоррекцию. Имя — как собирательный образ, потому что личность человека в данном случае не может быть отождествлена с его картинами.

«Персона» (1966)

В случае шведского режиссера — его имя не зря написано в заглавии статьи в кавычках. Это не столько литературный ход, привлекающий внимание, сколько больше капитуляция перед собственным восприятием — для автора статьи Ингмар стал именно именем нарицательным.

Ингмар — это космос. Самый настоящий космос человеческой души, которую невозможно воспринимать однобоко. Вы только начнете смотреть «Страсть» или «Девичий источник», думать об ограничении женщин, задумываться о смысле феминизма и причинах его возникновения, как в следующем фильме, словно по щелчку пальцев мастера-иллюзиониста, вам уже придется размышлять о религии, силе и сути «Бога в человеке» — например, в рамках "трилогии веры" ("Сквозь тусклое стекло", "Причастие", "Молчание").

«Сцены из супружеской жизни» (1973)

Ингмар — это шведское кино. Не в том смысле, что он жил в этой стране, нет. Он — и есть кино этой страны. Некое живое воплощение, синоним, олицетворение и так далее. Шведы, кто с любовью, кто с недовольством, но все отзываются об этом режиссере именно как о части собственной кинокультуры, неотъемлемой части.

«Фанни и Александр» (1982)

Ингмар — это стихия. Это холодная колодезная вода, от которой сводит зубы поутру, это шквал ветра, разрывающий паруса в клочья, это огонь, опаляющий лицо нестерпимым жаром. За первичным нарочитым спокойствием, неким налетом «книжности», скрывается душа нереально глубокая, мечущаяся в поисках настоящего и истинного. Из фильма в фильм качают вопросы, на которые режиссер ищет ответ и никак не может найти: семья, права женщин, религия, жизнь и смерть… И Ингмар Бергман умудряется затянуть каждого зрителя, пусть даже случайно оказавшегося в зале, в свою бесконечную гонку.

«Осенняя соната» (1978)

Ингмар — это драма, аллюзии, кинематографичное эссе. Его рука, его стиль создавали ту ауру «бергмановского кино», которая еще долго преследовала других шведских режиссеров. Наверное, один из немногих фильмов, где любовь Бергмана к философствованию и излишнему драматизму кому-то удалось победить (пусть и не в полной мере) — это фильм «Осенняя соната» с прекрасной Ингрид Бергман. С той, которая своими колкими комментариями и насмешками просто вынудила режиссера выйти из зоны комфорта (своего «бергмановского кино»), чтобы в итоге создать что-то новое.

«Седьмая печать» (1957)

 Ингмар — это «о смерти». Во всех его картинах лейтмотивом тянулась тематика смерти, конечности человеческой жизни. Неотделимо связывая циклы жизни и смерти с религией, режиссер четками перебирал судьбы своих героев, в поисках ответа на терзающие его вопросы. Ярче всего, конечно же, это можно заметить в фильмах «Седьмая печать» или «Земляничная поляна»

«Земляничная поляна» (1957)

Ингмар — это страдание. Если вы посмотрите его фильмы, то счастье в них — мимолетное прикосновение крыла бабочки, которое кажется просто иллюзорным в пучине страстей человеческой души, которая творится на экране. Ингмар любил отдавать много времени женским персонажам, но, скажите, кто из этих персонажей в итоге закончил фильм с американским «хэппи эндом»?

«Страсть» (1969)

Ингмар — это обо всем. В каждом фильме, в каждой сцене, в каждом диалоге не будет ничего лишнего. Выверенное, продуманное действо, рефлексия обо всем сразу и словно не о чем одновременно. Понять фильмы этого режиссера действительно невозможно — в них закручено и спрятано слишком много деталей (явных и неявных), которые тяжело заметить.

«Ингмар Бергман» — это форменная сатира на современное кино, которая изначально таковой не задумывалась. Режиссер снимал, как видел — и как чувствовал наш мир и окружающую действительность. В итоге же получилось, что если мы возьмем любой фильм Ингмара и положим его на одну чашу весов, а на другую — все новинки кино последних лет, то мы увидим, что весы перевешивают, падая на сторону шведского режиссера.

Мы не беремся судить о том, хорошо это или плохо. Должен ли весь кинематограф быть искусством ради познания, или наличие жанрового разнообразия (и, в соотвествии с этим, различной внутренней глубины) необходимо современному зрителю. Мы просто хотели отдать дань уважения прекрасному режиссеру и его творчеству.

Спасибо за прочтение!

Ну а для бесплатного просмотра, например, «Седьмой печати», воспользуйтесь нашим промокодом на 10 дней по тарифу «Оптимальный»: 020618 

Приятного просмотра! 

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic